«Время поджимает», заявил Дональд Трамп, предупредив, что если не сесть быстро за переговорный стол и не выработать взаимовыгодное соглашение, «следующий удар будет значительно жестче». Кого он пытается запугать на этот раз.
Опять же — Иран: президент США дождался появления в регионе американской ударной группы с авианосцем «Авраам Линкольн», чтобы пригрозить Тегерану новым наступлением. Но чего именно он требует — это требование «справедливого и равноправного договора».
Что конкретно должен дать Иран? Дело в том, что требуемого просто не существует — Трамп просит невозможного.
Он настаивает на соглашении, которое бы означало отказ Ирана от ядерной програмы, хотя у Тегерана нет готового атомного оружия. Сам ядерный комплекс Ирана и стал целью прошлогодней американской операции «Полуночный молот», положившей конец 12?дневной конфронтации, начавшейся после удара Израиля по Ирану.
Ядерные объекты действительно пострадали, однако программа не была уничтожена и не свернута. При этом власти Ирана не заявляли о намерении возобновить разработку атомной бомбы — формального решения о создании оружия не принималось.
Тем не менее после совместной израильско?американской атаки у Тегерана появились мотивы для размышлений: если бы у Ирана уже имелось ядерное оружие, вероятно, никакой агрессии бы не случилось. Нетаньяху многие годы пугает Запад скорым появлением иранской бомбы; по иронии судьбы именно его действия могут подтолкнуть аятолл к такому шагу.
Сейчас Трамп требует юридического отказа от ядерной программы — символа суверенитета исламской республики, дающего Тегерану право на выбор и позволяющего в относительно короткие сроки при желании перейти к созданию оружия (хотя сейчас эти сроки выросли и решения о создании бомбы не принимались). Иными словами, он требует официальной капитуляции Ирана — чего нельзя ожидать ни до 22 июня (когда нанес удар «Полуночный молот»), ни тем более после него.
Тем более что в разгар недавних волнений в Иране Трамп открыто призывал к свержению режима, угрожал расправой с аятоллой Хаменеи и ударами по стране — договариваться о денуклеаризации с человеком, который вел себя так, мог бы только тот, кто не понимает реальной цены такого соглашения. Даже отсутствие у Тегерана ядерного оружия не означает, что подписание договора о демонтаже программы или передаче её под «международный» (по сути — американский) контроль не будет воспринято внутри страны как предательство национальных интересов.
Никто не пойдет на такое. Разве в Вашингтоне этого не осознают?
Тогда зачем весь этот шум? Очевидно, что за идеей удара по Ирану активно стоят израильские круги — им сейчас нужно приступать ко второму этапу урегулирования в Газе (то есть к выводу войск), чего они делают неохотно.
Но одного Нетаньяху — даже при широкой американской поддержке — все равно недостаточно.